Попросил Даярам стражников подождать, посулил им награду. А сам поспешил во дворец. Пришел он к царю Мурсингху, склонился перед ним и сказал:
- Одного чужестранца приговорили к смерти. Он клянется, что невиновен, но его даже не выслушали. Это несправедливо. Рассуди его дело, государь! Если он виноват – накажи, а если нет – отпусти. Без доказательств нельзя обрекать человека на смерть.
Согласился с ним царь Мурсингх, повелел привести Бирбала. Предстал перед ним Бирбал и сказал:
- О великий царь, я посол падишаха Акбара. Вины на мне нет никакой, а все вещи, которые ты потребовал, я могу представить.
- Где же то, что прислал падишах Акбар? – спросил царь Мурсингх. – Я не вижу!
- Повели призвать во дворец скупердяя-сетха, вешью Рупавати и ту злобную вешью, что меня обвинила, и ты все поймешь.
Согласился Мурсингх и велел разыскать и доставить во дворец всех троих. И когда привели их, сказал Бирбал:
- Махараджа, ты потребовал представить тебе пять вещей: Зрячего слепца, Честь торговли, Живую жемчужину, Базарную кровать и Путь в преисподнюю. Все они перед тобой.
- Я не вижу! – повторил царь Мурсингх.
- Вот это помешанный на деньгах ростовщик без стыда и без совести, жадный богач, имеет глаза, но не видит, где добро и где зло. Он и есть «Зрячий слепец».
- Продолжай! – приказал царь Мурсингх.
- А вот это сетх Даярам, он и под бедной одеждой разглядел достойного человека, поверил мне на слово, одолжил десять тысяч рупий и еще одну тысячу, чтобы спасти меня от позорной смерти. Он живет по заветам отцов и дедов, и честь для него выше всех богатств. Он и есть «Честь торговли».
- Продолжай, – сказал царь Мурсингх.
- А вот эта вешья Рупавати даже в ремесле своем сохранила доброту и совесть. Всякого мужчину, с кем она договорилась, Рупавати почитает как законного супруга. Терпение ее и кротость беспредельны. Я был груб с ней и ударил ее плетью, но она меня ни в чем не упрекнула, сама просила у меня прощения. Поистине она – «Живая жемчужина».
- Хм, ты прав, – сказал царь Мурсингх.
- Эта же злобная и хитрая вешья обманула и ограбила меня. Я ей дал двойную цену, а она призвала четырех молодчиков, кутила с ними, забавлялась, а потом натравила всех на меня. Они меня свалили, обобрали. Тогда она выскочила из дому и принялась кричать, будто я вор. Пошлите к ней сипаев, и они найдут там все мои одежды. Из-за своей жадности она меня, невинного, отправила на виселицу. Как назову я жадную распутницу и клеветницу? Воистину перед тобою, царь, «Базарная кровать»!
- О, ты хорошо сказал, – молвил царь Мурсингх. – Но я не вижу пятого – где же «Путь в преисподнюю»?
- Махараджа! – ответил Бирбал. – Если честного человека без суда и следствия приговаривают к смертной казни и в оковах ведут через город на место казни – разве это не «Путь в преисподнюю»? Все, что ты потребовал у падишаха Акбара, я тебе представил. Ты доволен, царь?
- Да, я доволен, – молвил царь Мурсингх. – А теперь воздадим всем должное!
И был посажен Бирбал рядом с грозным царем острова Ланка и награжден за ум и находчивость.
И был назначен великодушный Даярам членом дарбара царя Ланки с пожизненным вознаграждением. И все деньги, что он одолжил Бирбалу, вернули ему сполна. И был выдан кроткой Рупавати почетный охранный лист и награда.
А жадного сетха лишили богатств и звания. И клеветницу, злобную вешью, лишили всего имущества и сослали в глухую деревню.
Справедлив был суд царя Ланки!
На другой же день он вручил Бирбалу расписку: «Все, что я просил, мной получено. Царь Мурсингх». И с великими почестями проводил он Бирбала на родину.
А на родине, в Дели, с не меньшими почестями встретил его падишах Акбар. И за доблесть и мудрость наградил его высшей наградой.